Родился я в Иркутске в 1955 году, и то, что этот год заканчивается на две  пятерки, мне кажется символичным. Потому что я всегда учился только на  пять.  Был отличником в школе, в университете, в академии, а также на всех многочисленных курсах, которые проходил.

 

Когда мне был год с небольшим, родители увезли меня в поселок с красивым названием Покосное в Иркутской области. В то время активно шло строительство Братской ГЭС, возводился алюминиевый завод, а также лесопромышленный комплекс, где работал мой отец. Он - человек самой простой рабочей профессии. В разное время был водителем, экскаваторщиком, бульдозеристом. Мама  вообще без специальности.

 

Мы жили в своем доме, и я даже помогал отцу его строить. Мне тогда было 5 лет, поэтому моя помощь, конечно, носила посильный характер. Я ходил в соседнее урочище и в мешки собирал мох, который заменял паклю при строительстве дома.

 

В Покосном мы прожили 12 лет. Здесь мы с младшим братом учились в школе, где было всего четыре класса и два учителя. Когда я окончил начальную школу, встал вопрос где учиться дальше. И мы вернулись в Иркутск. Отец, у которого всего 6 классов образования, к нашей учебе относился очень серьезно. Он сам много читал, и нас заставлял. Помню, что всего Горького я прочитал уже в 5-м классе. В общем, воспитывал нас с братом отец довольно жестко: ремень никогда в руки не брал, ему достаточно было слово сказать. Так что наше честолюбие и желание чего-то в жизни добиться  его заслуга.

 

"Революционная" юность

 

Забегая вперед, хочу сказать, что неоднократно в своей жизни мне приходилось менять место жительства. Но, куда бы я ни переезжал, обязательно оказывался на улице с революционным, героическим названием. Родился я на улице Рабоче-Крестьянской, потом мы переехали на улицу Розы Люксембург, потом жили на улице Баумана, затем на Красноказачьей и, наконец, на проспекте Карл-Маркс-Штадт. Единственное исключение из этого правила имело несколько лет назад, когда я купил квартиру на улице Байкальской  Но однажды возвращаюсь из командировки ночью, машина подъезжает к подъезду, свет фар освещает на доме какую-то мемориальную доску. Читаю:  Улица переименована в честь Максимилиана Дыбовского, польского повстанца, сосланного царскими властями . Ну, в общем, приехал

 

Позже, когда стал депутатом, получил служебную квартиру в Москве на улице Улофа Пальме, шведского премьер-министра, который погиб от руки убийцы.

 

Вот такая странная закономерность.

 

Но вернемся опять в Иркутск, куда отец со всем семейством переехал из Покосного. Квартиры у нас не было, жили мы при школе. Днем отец работал, а ночью мы с братом эту школу сторожили. А летом на все три смены я уезжал в пионерский лагерь.

 

Ездил туда и в старших классах, но уже не как отдыхающий, а на заработки. Называлась моя должность "подсобный рабочий столовой". Я был дровосеком, колол дрова и топил печи. Каждый день вставал в 6 часов утра и шел через речку за дровами. А если ночью прошел дождь, дрова сырые, ничего не загорается, а затопить надо 12 печей, поварихи кричат "Давай быстрее!". Короче жизнь моя трудовая в лагере была не легкой, но зато на заработанные деньги я купил себе часы.

 

Еще в пионерские годы меня неизменно выбирали командиром отряда. Лидером всегда считался и в школе: сначала избрали председателем совета дружины, затем председателем комитета комсомола. Все мне нравилось, пока был пионером. Но в комсомольском возрасте началось разочарование. Уже тогда стал понимать, что вокруг много фальши и лицемерия, что в реальной жизни все не так, как вбивается нам в головы.

 

Студент, следователь, прокурор, вице-губернатор, адвокат

 

Окончив школу, пошел поступать в университет на юридический факультет. Все четыре вступительных экзамена сдал на "отлично".

 

Жили мы тогда в Ново-Ленино, такой окраинный, рабочий район. А университет в Академгородке, и до него ехать нужно с четырьмя пересадками, на всех видах транспорта: на электричке, автобусе, трамвае и троллейбусе  в общем, два с половиной часа в один конец. Помню, приезжаю на зачисление в университет одним из последних. Подхожу к аудитории, где висит список поступивших, пытаюсь пробраться сквозь толпу ребят. Кто-то из них спрашивает, как твоя фамилия?. Я говорю  Курин. Долго так ищет меня в списке, потом говорит, да нет тебя, не прошел. Как не прошел, когда у меня одни пятерки? И тут вижу  моя фамилия первой стоит. Захожу в зал, профессор Пертцик Вадим Аркадьевич говорит: "Вы зачислены, собирайтесь в колхоз". Так началась моя студенческая жизнь.

 

На втором курсе мне предложили специализироваться по государственному законодательству стран Юго-Восточной Азии и поэтому от таких предметов, как уголовное право, уголовный процесс, криминалистика, судебная медицина, исправительно-трудовое право я был освобожден. Вместо этого изучал дурь всякую И когда подошла пора распределяться ( у меня было направление в аспирантуру Ленинградского государственного университета)  пришлось от него отказаться. Поскольку был уже женат, мы с женой учились на одном курсе. Вот этим летом отметили серебряную свадьбу. У нас две дочки  Саша, ей 24 года, она тоже юрист, живет со мной в Москве, работает в Российской гильдии адвокатов, и Таня, ей 14, она живет с мамой в Иркутске. У меня очень хорошая, надежная семья.

 

Тогда, после окончания университета, прежде всего, нужно было думать о квартире. А где быстрее ее получишь? Конечно, на практической работе, и я пошел работать в прокуратуру Куйбышевского района, на самую грязную, низовую работу следователя.

 

Но ведь в ВУЗе я не изучал те предметы, которые нужны для следственной работы Поэтому поначалу выглядело все примерно так: выезжаю ночью на место происшествия, на убийство, сижу около трупа, а сам листаю учебник по криминалистике: как производится осмотр трупа, его влажность, холодность и тому подобное.

 

Приходилось расследовать убийства, пожары, кражи, грабежи, разбои, в общем, - все виды преступлений. Но привык быстро, я ведь не из какой-то там рафинированной среды. А поскольку и самолюбие есть, и спортивный азарт, то решил, что нужно толком овладевать этой профессией.

 

Потом перешел на работу в областную прокуратуру, проработал там 12 лет, дослужился до советника юстиции. Затем был прокурором Центрального района Братска. Тогда это был ( да и сейчас остается) один из самых неблагополучных городов в стране, один из центров организованной преступности. Но мне нравилась моя работа. Следователь ведет, например, пять дел, он все их знает, сам видел доказательства, сам допрашивал, выезжал на место происшествия и поэтому как бы кожей чувствовал, где правда. Где неправда, кто виноват, кто не виноват. А прокурор должен, выслушав доклад следователя и допросив подозреваемого, принять правильное решение: арестовать, избрать другую меру пресечения или освободить. Одним словом работа прокурора требует решение, и в этом есть определенный риск.

 

Когда в 1985 году начался процесс перестройки, я захотел участвовать во всем этом лично. Поэтому принял предложение о переходе из органов прокуратуры в облисполком Иркутска на должность заведующего государственным правовым отделом. Потом стал вице-губернатором по государственным правовым вопросам. После отставки губернатора решил уйти с государственной службы и организовал Восточно-Сибирскую коллегию адвокатов по ведению хозяйственных споров. Затем создал оппозиционные информационные агентства "Сибтранспресс" и газету "Честное слово".

 

"Выбрать главное и оказаться на высоте"

 

У меня такой характер, что какую работу мне ни дай, я ее любить начинаю. Любил и следственную работу, и прокурорскую, и административную, и адвокатскую И нынешнюю работу тоже люблю.

 

Когда пришел в Госдуму, то был абсолютно убежден, что на все сто готов к этой работе. Все-таки 10 лет проработал в администрации, из них три года вице-губернатором, курировал взаимодействие с Законодательным Собранием области, все законы шли через меня.. Но процесс адаптации шел непросто и еще идет. Во-первых, велика разница в количестве депутатов, там было 45, а здесь  450. Там не было гит фракций, ни групп, здесь они есть. С одной стороны это усложняет работу, но с другой делает ее более внятной и понятной, знаешь заранее от кого чего можно ожидать.

 

Мне не нравится то, что принимается слишком много законов девять десятых которых никому не нужны. Первое чтение, второе, третье  процедура вроде бы усложнена, а на самом деле пройти ее никакого труда не составляет. Поэтому эффективность Думы очень низка. Мне кажется, что руководству Госдумы нужно отсекать всякую шелуху. Пусть будет меньше, да лучше.

 

Кстати, на региональном уровне законы более земные, нужные людям. Поэтому говорить об удовлетворении работой в Думе пока не могу. Но опыт, который здесь получаешь, весьма полезен. Учишься отсекать то, что не нужно, и акцентировать внимание на том, что важно. Может быть, это звучит несколько цинично, но надо уметь выбрать главное и оказаться на высоте.

 

По материалам общественно-политического еженедельника "Кворум"